Фронт безоружных /Александр Волог/

Снег.

И копоть на нём.

И труба самовара

вылезает откуда-то из-под земли.

Середина войны.

Пепелище пожара.

Тихо.

Белые сумерки.

Выход зимы.

Две цепочки следов

завязалися в узел.

Выплеск бледных помоев

прихвачен ледком.

Опускается крутенько лаз заскорузлый

до дыры,

заслонённой пожарным щитом.

Отодвинь же его

поэтичный и пылкий

юный житель высокоэтажных домов.

Там темно.

Но представим, что тлеет коптилка

или две головешки осиновых дров.

Потолок -

не добротной работы сапёров,

хлипкий кров из обугленных ветхих жердей.

Через щели песком просыпается шорох

на пустой чугунок,

на тряпьё,

на людей.

Измождённая баба

с испугом,

засевшим

в глубине навидавшихся горя зрачков.

Обезноженный дед,

от цинги почерневший.

И последний сынишка трёх с чем-то годков.

Выплывают слова, позабытые нами:

худоба,

истощение,

голод,

рахит...

К недалёкой и незасыпаемой яме

скоро новую стёжку

беда проторит...

Но они не заплачут.

Они - в обороне,

свой участок держать,

сколько могут,

должны...

Это тоже война,

на особенном фронте,

не с грохочущей,

не с огневой стороны.

- Эх, помочь бы!

- Но как?

Сквозь густые десятки

разделяющих лет дотянуться к курку?

...Умирающий дед.

Хилый мальчик.

Солдатка...

- Вот ружьё!

В партизаны!

В работу!

В строку!

источник