Чёрные облака /Елена Большакова/

В горле застряло слово.

На лист не ложится 

                                  строка.

Над нашей планетой снова -

Черные облака.

Зачем эти распри, люди?

Вы честно скажите мне.

Ведь толку от бойни

                                     не будет.

Лишь смерть будет

                                  рада войне.

Над нашей страною

                                    зависли

Коварная смерть и беда.

У нас даже не было мысли,

Что будут взрывать

                                   города.

Трагедия в Волгодонске /Анна Ковалёва/

1

К месту несчастья мы 

вместе бежали

об руку с ужасом,

в серой пыли,

мы, перепуганные горожане,

полузастроившие пустыри

многоэтажными

блоко-домами,

мы, не гадавшие тяжести той

страшной трагедии,

кояя с нами

может случиться...

Завесой густой

дым затянул розовевшее

небо,

Выли сирены, и рядом уже

в черных провалах гнездилась

небыль

выдранных окон, пустых

этажей!

Реквием /Людмила Сычёва/

Рождалось сентябрьское утро

Памятнейшей из дат.

Отсчитывал таймер минуты,

Как опытнейший секундант.

И вызов без правил был брошен

В грохоте и огне...

И враг, не зван и не прошен,

Свободно гулял по стране.

Подлее не видано зверства!

О, как беззащитен сон.

Ад в Волгодонске разверзся.

Взрывом разбужен он.

Реквием. Сорок строк сорокоуста /Александр Булынко/

Памяти жертв

террористических актов в Москве

Здесь на улице московской дом стоял.

Взрыв раздался - сделал дело аммонал.

Положила тварь взрыватель у стены.

Получила тварь зарплату с Сатаны.

Гильотиной пали стены, без труда

Разделяя душу с телом навсегда.

Разметало плоть людскую в слякоть луж.

Ввысь уходят неземную сотня душ.

Гурьянова, 19 /Дарина Никонова/

Этот дом - большой корабль,

он плывет сквозь ночь.

Сны, как рыбы, уплывают

прочь, прочь, прочь...

Мы придем домой с работы -

ужин, телек, спать.

Спи-усни, забудь заботы,

три-четыре-пять...

Спи. И пусть тебе приснится,

что сбылась мечта:

Мы решили пожениться,

завели кота,

Переехали в квартиру,

будем жить вдвоем...

Это наш с тобою первый,

первый общий дом.

Будем покупать обои,

жить да поживать.

Ты да я, да мы с тобою,

три-четыре-пять...

Гроза-война /Анна Михайлова/

На события 1999 года в Москве и Волгодонске

Ночь от вспышек молний вздрогнула

И чернее стала впятеро,

Тело месяца изогнуто,

В лужах отразилось пятнами.

Гром качнул дома раскатами,

В их глазницах стёкла звякнули.

Звёзды тысячью каратами

Из-за туч лохмотьев глянули.

Звуки вдруг нестройно-пьяными

Раскатились грохоточками,

Только небо помахало им

Грязно-рваными платочками.

Ночь /Людмила Дубинская/

Гоню дурные мысли прочь.
Боюсь, опять наступит ночь.
И снова взрыв, и тяжесть плит,
И дом наш кровью весь залит.

Вечный Сон. Сентябрю 1999-го /Дмитрий Янковский/

Всем жертвам серии терактов в сентябре 1999 года

Ночь разбужена дымом и серой,
Ночь обрушилась множеством тонн,
В этой маленькой, хрупкой вселенной
Стал могилой холодный бетон.

Пыльный камень ласкают сирены,
Разнося по окрестностям стон.
Вечным сном спят руины и стены.
Вечным сном спит холодный бетон.

На взрывы в Москве. Сентябрь, 1999 год /Юлия Мартынцева/

Прости, я не знаю, что будет,
Судьбу предсказать не в силах;
Но вижу: страдают люди,
Страдают совсем безвинно...
А рядом взрываются бомбы
И рушат дома жилые;
В покинутых катакомбах
Ищут: "Есть кто живые?"

Чёрный сентябрь /Александр Белов/

Московских окон негасимый свет...
Зловещая чудовищная сила
Тебя в одно мгновенье погасила,
Посеяв в душах страх на много лет.

Спокойно спал антихрист во плоти,
Когда его послушные вассалы
В многоэтажек городских подвалы
Смертельный груз спешили завезти.

Мгновения до взрыва коротки,
Их отсчитали адские машины...
А в доме жили женщины, мужчины,
А в доме жили дети, старики.

Взрывали дома... /Сергей Пронин/

Просыпаемся мы.  И грохочет над полночью
то ли гроза, то ли эхо прошедшей войны.
Р. Рождественский

Взрывали дома
       по ночам
           гексогеном.
Был грохот.
     Осколки.
         И звуки сирен.
Из тёкшего страха
        и боли по венам
узнали впервые
       тогда
         гексоген.

И поняли люди,
       что стала и старость
теперь в этом мире
         по крупной цене...
Хотя
   и погибшим до тех пор
             казалось,
что будут жить долго
          они на Земле.

Как страшно,
      что могут погибнуть и дети,
за парты садясь
        и идя на концерт.
Еще в этом мире
        осталось у смерти
огромное множество
         ликов
           и черт.

Я слышал взрыв /Олег Вторников/

Я слышал взрыв. И стекла градом.
И рухнул наш высотный дом.
Моя квартира стала адом,
А дом - слоеным пирогом!
Я слышал крики, стоны, ругань
Сквозь свой бетонный саркофаг.
Кусок стены сломал мне руку,
Я закричал!.. И вдруг обмяк.
Очнулся утром, на рассвете,
Открыл глаза, а рядом - мать.
Спросил ее: "Где Светка, дети?.."
Она заплакала опять...

Памяти жертв террористической войны /Александр Белов/

Он собирался утром в институт.

Завел будильник, улыбнулся шире,
Ведь вечером его ребята ждут.
Покой и тишина в большой квартире,
Предутреннего сна туманный плен.
Жизнь впереди могла бы быть безбрежной...
Но взорванный в подвале гексоген
Смял этажи, и судьбы, и надежды,
Десятки жизней обращая в дым.
Счастливый мальчик стал лишь днем вчерашним.
...Спасатели нашли его седым...
Наш дом - не крепость больше. Это страшно.

Она так не хотела опоздать,
В вагон в момент последний забежала.
"Увидимся минуток через пять.
Он ждет у перехода, в центре зала!"
Мечтала о любви, глаза закрыв,
И будущему нежно улыбалась.
Метро, час-пик, вагон, толпа и... взрыв!
И ничего от жизни не осталось -
Ни свадьбы, ни колец и ни детей...
"Ну, сколько можно ждать тебя? Полгода?"
...Бредущих окровавленных людей
Не видел паренек у перехода.