Вишни /Татьяна Яшина/

Вырастут вишни, малыш.

Ну конечно же, вырастут вишни.
Только война отгремит, и рассеется дым.
Нам-то пока неизвестно, тебе - уже слышно...
Будут сады - расцветать, небосвод - голубым.
Эта земля, пропитавшись солдатскою кровью
В дни лихолетья, остынет, и вырастет сад
В том самом месте, где, нас закрывая собою,
Жизнь отдавал, не жалея, наш Русский Солдат.

♫ Песня военных переводчиков /Александр Дадали/

Под ногами у разведки

Не трещат сучки и ветки:

Позволяет только жест - и тишина.

Тело, нервы - с подготовкой,

Не гремя экипировкой,

Жизнь храня, нам добывает "языка".

Вот еще "одна зараза"

Взят разведкою спецназа

И по на-нашему совсем не говорит.

Не волнуйся сильно, хлопчик,

В нашей группе переводчик!

Он расспросит, а другой разговорит.

   Переводчики разведки - тост за вас!

   На задании с вами легче каждый раз.

   Даже в штаб тащить не нужно "языка",

   С ним дорога к дому очень нелегка.

   Переводчики разведки, как и все -

   Под ветрами, под снегами и в воде,

   За Россию до конца, пока живой,

   И с последнею гранатой под собой!

Переправа /Владимир Бордюгов/

Простите солдату, что молча прилёг, задремал у воды.
Поверьте, солдату так холодно спится под грохот и дым.
Он рад бы подняться, да только в груди - неостывший металл...
Открыты глаза... Он не умер, он просто устал...

А рядом пехота в бурлящие воды толкает плоты...
А где-то за Доном под ветром полощутся травы, цветы...
А здесь канонада, и сеют не травы, а быструю смерть,
Не в дно, а в тела упирается жердь.

И, вроде бы, близко огонь изрыгающий берег лежит.
А утренний воздух от пуль озверевших шипит и дрожит,
И в красную воду взвод новый, мать вспомнив, за смертью шагнул...
Туман над рекой не спасает от пуль.

За отрядом, отряд... /Анатолий Карасёв/

Барабанная дробь, пионерский салют,

За отрядом отряд пионеры идут.

А горнисты трубят: - Собираем на сбор!

Будет праздник у нас, пионерский костёр.

Пионерский задор был во все времена,

А советский запал, нам давала страна.

Нас растили в любви, приучали к труду,

Пионеры тогда были все на виду.

И с героев всегда все мы брали пример,

Запевалой во всём был тогда пионер.

Пионер, значит, первый в труде и в бою,

За свободу, за мир, за Отчизну свою!

На прикрытии /Николай Манов/

Ну вот и всё... И взгляд опустошён,

Да желваки, надувшись, заиграли.
И мысли от того, что окружён,
Не тешатся иллюзией морали.

Беспомощно "калаш" пустой молчит,
И кажется, что слышат эти горы,
Как эхом сердца кровь в висках стучит.
Развязка скоро... Скоро... Очень скоро.

Какой же мерзкий этот холодок,
Под тельником пронизывает тело.
Осталось дотерпеть, ещё чуток,
И свой аккорд последний сбацать смело.

И не решают здесь уже ни Бог, ни чёрт,
Какая песня будет петь в финале.
Тревожит лишь одно, - успел бы борт
Забрать ребят на этом перевале.

Истребители танков /Александр Ветров/

Посвящается отрядам СИТ 

(собакам-истребителям танков)

- Ну что, боец хвостатой роты,

Нам надо выполнить приказ.

Сейчас совсем не важно, кто ты.

Никто сегодня, кроме вас.

А пёс уткнулся носом в руку,

И, взвизгнув, стал лицо лизать.

Солдат в глаза не смотрит другу,

Лишь продолжает обнимать.

Ну вот железная армада

Ползёт уверенно  в прорыв.

Огонь и дым земного ада -

Под первым танком мощный взрыв.

- Пришёл и наш черёд с тобою.

Здесь остановлен будет враг.

Не зря дрессировали к бою

Своих вожатые собак.

Осколочки войны /Андрей Ледащев/

Рассыпавшись на тысячи осколков,

Война укрылась в душных блиндажах.
Война расскажет вам без кривотолков
Секреты всех, кто спит на рубежах.
Про марш-броски в пятнадцать километров,
Рюкзак с тридцаткой груза на плечах.
И как нутро, пронизанное ветром,
Врачует чай, согретый на свечах.

Война кряхтя растянется по тропам,
Не тронув "лепестки" и "О-Зэ-Эм".
Туманом разбредётся по окопам.
Там, скинув автомат, броню и шлем,
Разляжется на земляных подстилках,
Устало захрапит мертвецким сном.
Войне приснится сон. Она с улыбкой,
Во сне семью увидит, близких, дом.

Мы живы памятью... /Марина Лопатина/

Деды, деды... Мы живы памятью

ваших подвигов и имён...

Вновь черёмуховой замятью,

словно снегом, май занесён.

Вы в нём стали гранитной Вечностью,

записались в Бессмертный полк,

чтобы голос фашистской нечисти

от нетленной "Катюши" смолк,

чтобы поняли внуки-правнуки -

кто есть враг, и как быть с врагом,

и запомнили, ЧТО есть ГЛАВНОЕ -

наша РОДИНА, отчий дом.

Вы в бессмертье своём не сломлены,

мы - такими же - родились,

нам идти по дорогам огненным -

там, где день вновь ценою в жизнь.

Снова враг сучьей пастью щерится,

Норовит нас всех расстрелять.

Знать, пора бы и нам прицелиться

И - за Белгород - навалять!

У обелиска /Семён Пивоваров/

Застыли ели в карауле,
Синь неба мирного ясна.
Идут года. В тревожном гуле
Осталась далеко война.

Но здесь, у граней обелиска,
В молчанье голову склонив,
Мы слышим грохот танков близко
И рвущий душу бомб разрыв.

Поезд /Владимир Квашнин/

Глаза закрою - снова вижу поезд,

Земную даль под облачным крылом

И паренька, заткнувшего за пояс

Пустой рукав, напротив, за столом.

Тельняшка, белозубая улыбка...

- Никак повоевать пришлось, сынок?

- Пришлось, отец, хотя не очень шибко,

Всего три дня, две пули - и в Моздок.

Там госпиталь, отрезали, зашили.

Да я-то что, а Лёху - на куски...

Так, бать, представь, из наших и садили

Подствольников по нам боевики!

Потом узнали - прапор, зам по тылу,

Продал по тридцать долларов за ствол...

...Он говорил, а я же через силу

Глотал комок, сжигая взглядом пол.

И слышался мне рокот вертолетный,

Афган, Саланга горный перевал...

И шквал огня, и мой мотопехотный,

Который ту колонну прикрывал...