Апрель /Александр Филатов/

В беспокойной прохладе страны неродной,
У подножья Карпат, в полевом лазарете
Боевые друзья по соседству со мной
Нынче были у смерти всю ночь на примете.

Тяжело, дорогие! Ни встать, ни вздохнуть,

Гарь недавнего боя и давит, и душит.
Обессиленно падают руки на грудь,
Часовыми стоят костыли у подушек.

В час, когда ощутим каждый шорох ночной,

И вздремнёшь, и взгрустнёшь,
Да и вспомнишь о многом...
И врача узнаёшь по шагам за стеной,
По её разговору с сестрой за порогом.

Над Карпатами солнце ещё не встает
В час, когда за окном синева не прогрета,
Эта женщина шла, торопясь на обход,
Улыбаясь нам, с первою дымкой рассвета.

Знала всё:
У кого за ночь жар не утих
И кого в этот день оперировать снова.
Торопилась к тому, кто слабее других,
Где нужнее её задушевное слово.

В тяжких муках познав волшебство её рук,

Под лучами живой материнской заботы,
После долгих ночей, пересилив недуг,
Уходили бойцы в батальоны и роты.

Уходили в окопы, откуда война

Доносила до нас огневые раскаты,
Где товарищи наши с утра дотемна
Штурмовали и гнали врагов за Карпаты.

И она, не жалея усилий своих,
Не страшась нарастанья боёв напряжённых,
Днём в палатах была на глазах у больных,
А под вечер встречали её в батальонах.

Появлялась нежданно на поле огня,
Шла, спокойная, между траншей и укрытий:
– Вы, товарищ комбат, долго ждали меня?
Много раненых?
Все в блиндажах?
Проводите!

Вот они перед нею в крови и поту,
Вот они перед нею бледны, бездыханны.
И она, в их телах пробудив теплоту,
Успокоила боль, обезвредила раны.

Санитарам приказано:
– Срочно везти!
Ночь темна, прямиком выезжайте в долину.
Спят больные, потише трясите в пути,
Осторожней ровнее ведите машину.

...В это время катилась война на закат,
Широко и легко шла весна по Карпатам.
За открытыми окнами наших палат
Пробуждались, дышали сады ароматом.

Осыпались в ущельях снега с крутизны.
И в горах, на последнем лесном перевале,
Провожая на запад пожары войны,
В рощах песни весны соловьи распевали...

Гребни синих вершин прояснились вдали,
Первой свежестью трав просияли поляны.
Наступали минуты сдавать костыли
И на солнце прогреть отболевшие раны.

Как-то вдруг задержался врачебный обход.
Все заметили - сестры задумчивы, строги.
- Неужели, скажите, наш врач не придёт?
Неужели она задержалась в дороге?

Чёрной ночью сверкали зарницы вдали,
И в расщелинах гор снова пушки гремели.
А наутро её к нам в палату внесли,
Как солдата с переднего края,
В шинели.

Видно, так вот и рухнула,
Руки вразброс,
Русской кровью омыв закарпатские склоны.
Белокурые пряди кудрявых волос,
Как степные ромашки, овили погоны.

...Гроб стоял, утопая в цветах полевых,

Санитары внесли ордена и медали.
На почётных, печальных местах часовых
В госпитальных халатах больные стояли.

Как бы ни были эти минуты горьки,
Но они навсегда незабвенны и святы...
И когда на руках колыхнулись венки
И наполнил теплом горный ветер палаты,

На простор отвоёванной нами весны,
Окрылённые братским единством усилий,
Вдалеке от родных, мы, России сыны,
На плечах молчаливо её выносили.

Все, кто силы в заботах её обрели,
На просторах Кавказа, Молдавии, Крыма,
Вместе с нами,
Вдали от родимой земли,
Поклонились солдатским поклоном незримо.