Раны земные, омытые талой водой,
Снова травой заросли. Одуванчик успел
Враз повзрослеть и трясёт головою седой.
Перед грозой в перелесках сгустится тоска,
Словно горячим железом распорота грудь.
Первого грома звучит отдалённый раскат,
Это салют, я уверен - победный салют.
В мае под Клязьмой ликует и мал, и велик -
Пала Германия, кончились годы войны,
В окна стучатся зелёные веточки лип,
Радостным басом приёмник хрипит со стены.
