А мы получали Егориев так:
пустыня была седа,
а впереди был Зера-Булак...
Река, и значит - вода!
Горнист протрубил пересохшим ртом,
припомнив прошлую прыть;
Мы, право, не знали, что будет потом,
кто будет с крестом,
а кто - под крестом...
Нам просто хотелось пить.
Но поручик Лукин прокричал приказ:
нам не рады средь этих мест,
и не хлеб да соль ожидают нас,
а эмирская стая, к сарбазу сарбаз,
сползается скопищем в этот час,
куда ни гляди окрест.
