Солнце в осколках /Александр Карпенко/

Ты откуда пришла, синева?
Распростёрла горячие крылья,
И в щемящем до боли усилье
Закружилась моя голова...

Ты поведай мне боль, синева!

Ты - как будто усопшая память,
Что от века кружится над нами -
И не может облечься в слова...

Ты - как будто уставшая грусть,

Что покой расплескала в лазури,
Бушевавшие выстрадав бури,
Пересилив их горестный груз...

Колыбельная для бойца /Александр Карпенко/

Тише, тише,
небо звёздное - ветхая крыша -
Тихо трассеры прошуршат
Выше, выше -
в твердокаменной нише
Я не слышу, о чём говорят
С ветром души...

Боль с годами всё неистовей /Александр Карпенко/

Боль войны с годами всё неистовей
В памяти кипит, всё горячей...
Помнишь, друг, мы стали альпинистами
Под огнём кинжальным басмачей?

А земля, как встарь, кишела гадами -
И, казалось, нету райских мест...
Но вершины были нам наградами,
И в вершине каждой - Эверест!

Ох, что было! Есть что вспомнить нам с тобой,
И не раз ещё расскажут сны,
Как мы лезли, лезли на стену,
Альпинисты необъявленной войны.

И месили глину мы трущобами,
Ожидая смерть из-за угла, -
Но за ней, рогатой, зрели в оба мы,
Чтоб она врасплох нас не взяла!

А дороги были просто свалками,

Кладбищами техники и душ,
И подчас нежданными подарками
Нас встречал мятежный Гиндукуш...*

Снежный человек /Александр Карпенко/

Где в воздухе витает влажный пух,
Средь мрачных гор и млечного тумана,
Идёт он - и захватывает дух
От поступи могучей великана.

И дольше жизни протекает путь;
Над головой - уже иные звёзды,
И нету времени передохнуть,
Остановиться, не боясь замёрзнуть...

И человек идёт. И он устал.

Уже вокруг не камни - обелиски:
Средь бороздящих небо белых скал
Развеян прах его друзей и близких.

Сестра милосердия /Александр Карпенко/

Нам в горах не судилось пропасть,
Пусть непросто нам было судьбу нести...
Ты была моя первая страсть,
Медсестра моей огненной юности.

Из души изгоняла ты хмарь,

Материнства полна и усердия.
Не случайно тебя мы, как встарь,
Называли сестрой милосердия.

Рану нежно стянули бинты,

Улыбнулись глаза твои синие...
Кто сказал, будто слабая ты?
Ты такая без устали сильная!

Мемориал погибшим лётчикам /Александр Карпенко/

Вдоль трассы, что мчит к Балаклаве,
Водитель, остановись.
Воздвигнут здесь памятник славы,
Он круто вздымается ввысь.

А мимо машины грохочут -
Почти как тогда, на войне,
И сокол, отважный, как лётчик,
В небесной кружит вышине...

Стоит обелиск. Только море
Вздыхает, бурлит всё сильней,
Бездонно, безбрежно, как горе
Пришедших сюда матерей.

Старушек уж бросили силы -
Но боль и таких подняла:
Хоть имя увидеть, что сыну
Когда-то, рожая, дала...

Молчали холмы вековые -
Но звуки безмолвно лились:
Быть верными молодые
У стен обелиска клялись.

Сны /Александр Карпенко/

Я прожил год в пожарищах войны,
И в стреляном кочевье переходов
Меня всё чаще посещают сны
О прежних и о будущих походах.

И мчишься от непрошеных зеркал -
Но и во сне не дышится спокойней,
Как будто мир смеяться перестал,
И на века - кровавый запах бойни...

Так хочется вернуться поскорей,
Но в письмах не ищите отраженья -
Мы бережём дыханье матерей
И правду припасли для возвращенья.

Если я не вернусь... /Александр Карпенко/

Если я не вернусь,
В краснозвёздной умолкнув печали,
Никогда не пройдусь
По щекочущей пятки росе,
Ты подумай о том,
Чтобы песни повсюду звучали -
В свой родительский дом
Сыновья возвращаются все!

И в квартире моей,
Где оставил я северный полюс,
Где не стало дверей
И обрушился вниз потолок,
Зазвонит телефон -
И почудится маме мой голос,
И сквозь тягостный сон
Прокричит она: "Здравствуй, сынок!"

Мы принесли с собой войну... /Александр Карпенко/

Мы принесли с собой
                                      войну
В свои родные
                            переулки,
И наши мирные
                             прогулки
То настороженно, то гулко
Тревожат эхом тишину.

БТР /Александр Карпенко/

Как давно мы не бывали

На родимой стороне!

Сотни вёрст мы отмахали
Под бронёй и на броне.

Пусть то мёрзну я, то парюсь,
Но машина - просто зверь.
Он, конечно, не "Икарус",
Мой гранёный БТР.

В пробензиненном салоне
Не такой уж и комфорт:
То поднимет, то наклонит,
То швырнёт тебя на борт...

Но в бойницы всё увидим,

Коль свинцом заморосит...

"В тесноте - да не в обиде" -
так пословица гласит.

Помнишь ночь под Гератом, мой друг?... /Александр Карпенко/

Помнишь ночь под Гератом, мой друг?
Плыли звёзды чужие вокруг,
И слова долетали сквозь ветер:
"Умирать нам совсем недосуг,
Ждут нас руки далёких подруг
И ещё не рождённые дети..."

Пыль ползла по морщинам лица,
По тяжёлым доспехам бойца,
Мир казался огромным - и тленным.
Каждый шёл по пути до конца -
И, приняв свою долю свинца,
Разошлись мы по разным вселенным.

У перевала, что ведет к Гардезу /Александр Карпенко/

У перевала, что ведёт
                                        к Гардезу,
Когда уж
                близок был привал,
Вдруг подорвался
                              и заполыхал,
Сквозь дымовую
                              ринувшись завесу,

Доблесть /Александр Карпенко/

Примеряя опасность к лицу
И былинным грезя булатом,
Как завидовал я отцу,
Воевавшему в сорок пятом!

Ведь считалось, что наш удел -
Постигать жизни смысл, учиться.
А для воинских, ратных дел
Я чуть-чуть опоздал родиться...

В горах Афганистана /Александр Карпенко/

Горы молчат.
Словно рыбы в воде, молчат.
Только в висках
Мысли бешеной дробью стучат.
Где-то в горах,
Знаю я, затаился враг.
Знаю, что он,
Словно рыба в воде, в горах.
Глаз не сомкнёт
Наш тревожный ночной дозор.
Долго ли нам
Ждать погоды у этих гор?

Вот и всё /Александр Карпенко/

Вот и всё. Мучусь, корчусь от боли,
Весь в бинтах
на постели сырой.
Я наехал
на минное поле - и погиб...
Может быть, как герой.

Вот и всё. Как нелепо всё вышло...
Где-то в воздухе
кружится гриф.
Только стоп. Быть не может! Я
мыслю -
Это значит, что я ещё жив!

Награда /Александр Карпенко/

Так случилось со мною - был отдан
Я, израненный, в руки врачей -
И искал меня новенький орден
Двести семьдесят дней и ночей.

Как тебя в этой жизни застал я?
Сердце сжалось, как огненный ком,
Между орденской красной эмалью
И засевшим в лопатке свинцом...

Мы идём грозовыми путями,
Ополчась на невзгоды и смерть,
И наградам, летящим за нами,
Так непросто за нами успеть!

Возмужание /Александр Карпенко/

Инфантильные баловни века,
На родительском
                             теплом крыле,
Под привольной домашней опекой, -
Много ль видели мы
                                    на земле?

Но, солдаты
                     переднего края,
Здесь, в щетинистых, диких горах,
Километры раздумий верстая,
Мы растем
                   у себя на глазах.

Возвращение /Александр Карпенко/

Из земли, изувеченной
язвами мин,
Измождённые, злые, как черти,
Ветераны боёв
возвращаются в мир
На правах победителей
смерти.

И не скажут вам метрики,
сколько нам лет:
Так случилось -
на высях сожжённых
Прикоснулись мы к вечному миру,
где нет
Победителей и побеждённых.