Гроза в Донецке /Александр Иванов/

Не плачь, малышка... Это - просто гром...
И молния... А дождик... скоро будет.
Держись покрепче... мы с тобой вдвоем.
Вон, видишь... под стеною встали люди.

Над ними - крыша... Дождь не страшен им.
На этой стороне не так опасно...
И мы... немного... с ними постоим.
Пройдет гроза... и будет все прекрасно...

Над передним краем /Александр Игнатов/

Над передним краем пули не летают,
После перестрелки снова тишина.
С двух сторон солдаты молча отдыхают,
Словно позабыли, что идёт война.

Над передним краем не гремят разрывы,
С неба голубого бомбы не свистят.
Передышке рады, кто остались живы,
Воевать устали, смерти не хотят.

Минское шоссе /Маргарита Алигер/

Прошли года, затягивая шрамы,

как след в песке - касание волны,
и пряничные вяземские храмы
стоят, как будто не было войны.

И незачем сворачивать с дороги
по рытвинам, - проедем ли, бог весть?!
чтоб увидать раненья и ожоги,
которых там, наверное, не счесть.

Ф-1 /Андрей Рогожников/

Ах, как страшно. Змеюкой мороз по спине,
Сердце в диком отчаянье бьется.
Средь обломков лежат, те, кто был на броне,
Автомат не стреляет - плюется...

Раскаленным гвоздем ткнуло в ногу и в бок,
Ах ты, дьявол! Теперь не подняться.
Совершил автомат свой последний плевок,
И чечены уже не таятся.

Последний вылет /Влада Успенская/

Ночи апрельские, воды Вечелье.

Хрупок, непрочен ледок.
Ну и площадка…
Мала словно келья…
Приказ.
Будет выполнен в срок.

Семьдесят вылетов.
Да. Не зелёный.
Вот так красавец. Франт!
В небо бездонное
Вечно влюблённый
Гвардии лейтенант.

Вылет за вылетом.
Снова задача.
Вывезти детвору.
Тихо, ребятки.
Тихо, не плачем.
Вывезем всех к утру.

Мои дорогие солдаты /Олег Гринякин/

Водою сквозь пальцы - года,
и тают снежинками даты.
Лишь только друзья навсегда -
седые мальчишки-солдаты.

С наивною верой в добро,
с мужским пониманием чести.
Я с ними сроднился давно
и радуюсь каждой их вести.

Вышли из войны /Юрий Беличенко/

Вышли из войны, как из купели,
И, не доверяя тишине,
Перед жизнью словно оробели,
Словно бы остались на войне.
         
Их высокой чести и печали
Обучали пламя и свинец.
Школы до сердец не достучались -
Пули достучались до сердец.

Чеченские города /Александр Вырвич/

Чечня, друзья, не только город Грозный.
Не только в Грозном мы бои вели.
Бой в городе, конечно, очень сложный,
Вам скажут в Гудермесе и Шали.

Мы грязь и пыль месили сапогами,
Ведь нас сюда дороги не вели.
Мы по полям их проложили сами
К Аргуну, Гудермесу и Шали.

♫ Я Су-24 /Сергей Ефимов/

Мне небеса вдруг обернулись пеклом,

Предательский удар из-за угла...
Я - самолёт с душою человека,
С особой геометрией крыла.

Когда бьют в спину, знают - не промажут,
Бьют подло в уязвимые места...
И боль, начавшаяся где-то в фюзеляже,
Пронзает от кабины до хвоста.

Земля обнимет, чтоб принять навеки,
Мой самописец пусть накроет мгла.
Я - самолёт с душою человека,
С особой геометрией крыла.

Ода МИ-восьмому /Анатолий Боровков/

На темнеющих скалах продрогшая осень
составляла узоры грядущей зимы.
Наш бесценный боец и трудяга Ми-8
снова врезался в небо нелёгкой войны.

Винт упрямо месил измочаленный воздух,
не давая покоя ни нам, ни себе,
МИ-восьмой нёс нас в самое пекло -
                                                            под Грозный,
как архангел спускаясь с пробитых небес...