Ты должна /Юлия Друнина/

Побледнев,
Стиснув зубы до хруста,
От родного окопа
Одна
Ты должна оторваться,
И бруствер
Проскочить под обстрелом
Должна.

Ты должна.
Хоть вернешься едва ли,
Хоть "Не смей!"
Повторяет комбат.
Даже танки
(Они же из стали!)
В трех шагах от окопа
Горят.

Семейный альбом /Роберт Рождественский/

Вот довоенное фото: ребенок со скрипкой
Из вундеркиндов, которыми школа гордится...
Вырастет этот мальчик. Погибнет под Ригой
И не узнает, что сын у него родился.

Вот - фотография сына. В Алуште с женою.
Оба смеются чему-то и оба прекрасны...
Он и она - безутешны - сидят предо мною.
И говорят о Кабуле. И смотрят в пространство.

Кукушка /Виктор Кочетков/

Весь просвечен заревой покой,
Степь о чем-то о своем мечтает.
Серая кукушка за рекой,
Сколько жить осталось мне, считает.

Льнет, как паутинка к пиджаку,
Стебелек багульника примятый;
Я ловлю ленивые "ку-ку" -
Долголетья зыбкие приметы.

Вторит им качанием кустов
Вся в рябинах тихая опушка.
... Восемьдесят... Девяносто... Сто...
Что-то ты расщедрилась, кукушка.

Знамя /Александр Артемов/

Уже остывает нагретый разрывами камень.
Уже затихает гремящий с утра ураган.
Последний бросок. Из последних окопов штыками
Бойцы выбивают и гонят с вершины врага.

Как мертвые змеи, опутали сопку траншеи,
Бетонные гнезда пологий усыпали скат,
И, вытянув к небу холодные длинные шеи,
Разбитые пушки, угрюмо глядят на закат.

Возвращение /Александр Карпенко/

Из земли, изувеченной
язвами мин,
Измождённые, злые, как черти,
Ветераны боёв
возвращаются в мир
На правах победителей
смерти.

И не скажут вам метрики,
сколько нам лет:
Так случилось -
на высях сожжённых
Прикоснулись мы к вечному миру,
где нет
Победителей и побеждённых.

Баллада о парашютах /Михаил Анчаров/

Парашюты рванулись
И приняли вес.
Земля колыхнулась едва.
А внизу - дивизии
"Эдельвейс"
И "Мертвая голова".

Автоматы выли,
Как суки в мороз;
Пистолеты били в упор.
И мертвое солнце
На стропах берез
Мешало вести разговор.

Ромашка /Юрий Беридзе/

Ромашка на бруствере...
Глупо...
Здесь лучшие саженцы -
пули.
Небес бронированный
купол
хранит пулеметные
ульи.

Ромашка на бруствере...
Странно...
Здесь место осколкам
горячим.
Смотрите, как бруствер
изранен,
ромашку уж точно
не спрячет.

Мне бы дожить до смерти... /Борис Булатов/

"Мне бы дожить до лета,

Повоевать в тепле…"

Арсений Платт

С флангов попёрли, черти,
Минами теребя,
Мне бы дожить до смерти,
Не растеряв себя.

В центре стальная каша,
Вьётся по кругу смерч,
Танками землю пашем,
Чтоб семенами лечь.

И пулеметы с тыла
Тупо не прячут рыл.
Что-то до боя было,
Только я всё забыл.

Разбросала судьба... /Эдуард Гаркушенко/

Разбросала судьба по земле наши лица и души.
Двадцать лет та война всё идёт и идёт по пятам...
И не в силах забыть, хоть глаза закрываешь, хоть уши -
Так колотится сердце от слова Кабул и Афган.

Узнают наши дети на снимках знакомые лица,
А в глазёнках родных удивление жаждет ответ:
Неужели мой папа когда-то служил за границей?
Как давно это было, а кажется часто, что нет...

♫ Я прошу тишины... /Михаил Сербин/

Я прошу тишины, в этом зале просторном так тесно
Для души и для слов, что терзают и мучат меня.
Не вернулись сыны, у калитки оставили детство,
Словно в вечность ушли, стали жертвой чужого огня.

Кто из них не хотел возвратиться к родному порогу
И до боли прижаться щекой к материнской щеке.
Кто из них не мечтал хоть пешком прошагать всю дорогу,
Но вернулись не все, оставляя друзей вдалеке.