Тревожная перекличка /Николай Бутылин/

Дорогая, я жив,

и другой мне награды не надо -

лишь бы видеть тебя,

обнимать повзрослевших детей.

Мое тело друзья

унесли из руин Сталинграда,

в медсанбате "списали"

совсем из военных частей.

Нас до срока зовет

за собой длинный клин журавлиный,

и, пристроившись в хвост,

улетают друзья черным днем.

Мы летим косяком,

а точнее, растерзанным клином,

на разрывы снарядов

и под пулеметным дождем...

Песня пули /Александр Волог/

Сплошная сталь вокруг меня

И только впереди -
Тоннель, как выход из огня,
С нарезкой на пути.
Конец тоннеля - свет во мгле,
А значит - цели там.
Но я пока лежу в стволе
И вешу девять грамм.

Заряд в порядке, капсюль сух,
Из дула я гляжу,
Перед своим полётом дух
Пока перевожу,
Готова к выстрелу вполне -
А выстрел будет дан!
Но я ещё лежу в стволе
И вешу девять грамм.

Константин Рокоссовский /Владимир Литвишко/

Из цикла "Солдатская смекалка"

Январь. Скрутили холода.

Дороги перерезав,

враг занял наши города,

набив дома железом.

Что ни окно тут - новый дот!

В тепле его солдаты.

Здесь даже поезд не пройдёт:

на станции ведь гады!

Фронт еле дышит. Нет у нас

снарядов для прорыва.

...Забрать Сухиничи - приказ

звучит, подобно взрыву.

Чем брать и с кем?!. На этот раз

все силы на исходе.

А Жуков новых Вам не даст!

Не понимает, вроде,

что снег по грудь... Не ровня тут

нам, слабым, те - в осаде!

К окраине чуть подойдут -

полягут, славы ради.

...Как быть?.. Что делать?.. В чём ответ?

Решение не ясно.

Готового рецепта нет,

но найден был прекрасный,

когда отдали Вы полкам

о радиообмене

команду!.. Пусть узнают там,

как их высоко ценят.

Мол, собирается идти

вся армия на приступ,

и части многие в пути,

и будет бой неистов,

где не останется в живых

никто из осаждённых!

...Открытый текст... Противник стих,

внимая удивлённо,

испуганно (ведь не дурак!):

куда им против силы!..

Воздушный Витязь /Сергей Городецкий/

Памяти П.Н.Нестерова

Он взлетел, как в родную стихию,
В голубую воздушную высь,
Защищать нашу матерь Россию, -
Там враги в поднебесье неслись.
Он один был, воитель крылатый,
А врагов было три корабля,
Но отвагой и гневом объятый,
Он догнал их. Притихла земля.
И над первым врагом, быстр и светел,
Он вознёсся, паря, как орёл.
Как орёл, свою жертву наметил
И стремительно в битву пошёл.

Ленинградский январь /Наталья Смирнова/

До утра не заснуть, завывает метель-непогода,

Стала белою ночь, утонув в серебристой пыли.
Мне б вернуться туда, в зиму сорок четвёртого года,
В тот далёкий январь, где мы заново жизнь обрели.

В тот победный январь, где смешались и слёзы, и счастье,
Залпы мирных орудий взметнулись в небесной тиши.
Мы кричали "Ура!", и душа разрывалась на части,
Вспоминая о том, что недавно пришлось пережить.

Позади - метроном, километры блокадного ада,

Сотни тысяч умерших, и каждый как будто родной.
А над нами - салют, словно радость и скорбь Ленинграда,
Победившего смерть... но какою жестокой ценой...

Ода блокадному хлебу!.. /Николай Браун (старший)/

Блокадному, не иному,

Ржаному и не ржаному,

Хоть звали его - ржаной,

Землистому,

Земляному,

Всей тяжестью налитому,

Всей горестью земной.

Мякинному,

Остистому,

Невесть на каких дрожжах

Взошедшему,

Водянистому,

Замешенному на слезах;

Ему, что глазам бесслезным

Снился и наяву,

Ему, с годины грозной

Вошедшему в молву;

Ему, ему, насущному,

Тому, что "даждь нам днесь",

Сквозь смертный хрип вопиющему:

"Месть! Месть! Месть!",

От имени голодавших,

Но выживших живых,

От имени честно павших,

Чей голос вошёл в мой стих,

Спасителю,

Благодетелю,

Чьим чудом и я дышу,

Блокадной страды свидетелю

Оду мою пишу.

Защитнику Воронежа /Александр Безыменский/

Листовка политуправления Воронежского фронта

Боец, товарищ!

                            На тебя

Устремлены глаза Отчизны.

Безмерно Родину любя,

Ты не щади ни сил, ни жизни.

Чтоб сбросить ворога за Дон

И разгромить его за Доном,

Твой натиск должен быть силен,

Твое упорство - разъяренным.

Оружью веруй своему.

Ты наше знамя не уронишь!

Грозна опасность, потому -

Ты должен отстоять Воронеж.

Тишина /Юрий Васин/

А кругом разлилась тишина,
Никогда я не слышал такой.
Может, кончилась эта война,
Быстротечный закончился бой?

И не слышно охрипших команд.
И разрывы совсем не слышны.
Лишь лежит у дороги солдат,
Обалдевший от той тишины.

В подорожник уткнулся лицом,
Рядом с ним догорает броня...
Только мне этот парень знаком.
Пригляделся, а это же я.

Остановись, браток /Олег Матвеев/

Вечная память погибшим морпехам...

Остановись, браток! Неважно, кто ты,

Остановись и голову склони.

Лежат здесь парни из морской пехоты,

Сгоревшие в пожарище Чечни.

Неслышно ветку тронет слабый ветер,

И листья вдруг зашепчутся на ней...

Дороже памятника нынче нет на свете

Для в сорок лет угасших матерей.

Они сюда приходят на свиданья,

Поплачут горько у родных имен.

Воспоминанья... О-ох, воспоминанья!

И материнский безысходный стон.

Пополнили собой сыны-матросы

Штабные сводки боевых потерь...

А мамы будут помнить их, курносых,

Лишь на минуту вышедших за дверь.

А мамы будут в снах читать им сказку

И гладить непослушные вихры.

И улыбнется спящий сын на ласку,

И в пацанячьи вновь уйдет миры.

Опять, негодник, выпачкал ботинки

И мокрыми их сунул под кровать.

Опять мамашка рыженькой Иринки

Не даст с ним дочке допоздна гулять.

...Потом была повестка. И присяга.

И был идущий на посадку взвод.

И не хватило матери полшага -

Догнать, остановить тот самолет!

Смотрит в наши сердца война /Александр Самчук/

Души рвутся ночами к выходу,

дабы господу присягнуть...
Боль такая внутри, что выдохнуть
с жизнью хочется ту войну...
Я и Мишка... Почти что сироты,
остальных поглотил Афган...
Скоро будут могилы вырыты
с побратимами рядом нам...